Республиканская еженедельная газета 24 мая 2014 г.
Рубрики
Архив новостей
понвтрсрдчетпятсубвск
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 
       
Реклама
южная завезда
Главная Культура и искусство Сон кизилового дерева

Сон кизилового дерева

11 октября 2012 года
Сон кизилового дерева

Книга стихов балкарского поэта Салиха Султанбековича Гуртуева под названием «Сон кизилового дерева» (Москва, изд. «Художественная литература», 2010 год) отличается глубокомыслием и многообразием сравнений, эпитетов.

Поэт сосредоточенно размышляет о судьбах своего поколения, о страданиях, выпавших на долю балкарского народа, о перипетиях постперестроечного времени, остро переживает социальную несправедливость.

Мастер художественного слова Салих Гуртуев в лаконичной форме, выразительными средствами передает свои мысли и чувства читателям.

В арсенале художественных средств, используемых поэтом, параллелизмы, эпитеты, ассоциации и метафоры.
Высокую оценку его творчеству дал известный поэт Кайсын Кулиев: «…Это касается в одинаковой степени содержательности произведений, их идейной глубины и совершенства формы. К этому поколению относится и Салих Гуртуев. О мере талантливости Салиха, разумеется, убедительнее всех наших слов скажет сама его книга, являющаяся тому самым правдивым свидетельством. Так обстоит дело с книгами любого автора.

Гуртуев уже внес свою лепту в родную поэзию, но мы верим и в то, что его лучшее слово и самые зрелые песни еще впереди».

В поэзии Салиха Султанбековича Гуртуева форма и содержание дополняют друг друга. В ней явно прослеживается ассоциативный метафорический ряд, корни которой произрастают из фольклора, мифологии, философии, суфизма.
Так, в одном из стихотворений Салих Гуртуев пишет:

Какая-то птица, которую зелень укрыла,
Точь-в-точь моей матери голос мне вдруг повторила,
И я обернулся, услышав. И в тоже мгновенье
В лицо ветерок мне ударил родного селенья.

Это стихотворение взывает к памяти ассоциативный ряд: Феникс, Семург, Жар-птица, Гумаюн, Сирин.
И далее ассоциация еще более закрепляется в нашем сознании:

И матери голос донесся, как будто бы крылья
Обрел этот голос, которого нету роднее.
И стало мне в мире огромном теплее, светлее…
А все это – птица, которую зелень укрыла!..

Фраза «как будто бы крылья обрел этот голос» наводит память на крылатых Сиринов с лицом девушки – вещих птиц…
В данном случае мы можем заключить, что «голос матери» навеян поэту фольклорным образом мифической птицы.
В другом стихотворении под названием «Чаша» поэт пишет:

Листвой покрыла осень землю нашу,
Черней и гуще стали облака,
Я в руки взял оставленную чашу,
Она чиста, как воды родника.


Чаша «взывает» к ассоциативному метафорическому ряду: Чаша Джамшида, Святой Грааль, Сириус, Большая Медведица, Орион, Хрустальный шар Калиостро, Эликсир Сен-Жермена.
Дальнейший текст лишь подтверждает и констатирует нашу ассоциацию:

Ну что же, голос прав, к чему сердиться,
Когда-то был я молод и силен,
Но жизнь течет, как чистая водица,
И вновь иду я к чаше на поклон.


Чаша Гуртуева напоминает чашу легендарного царя Иймы, глядя в которую он наблюдал четыре стороны света.
Этот образ в поэзии Салиха Султанбековича навеян древнеиранскими преданиями о сотворении мира. Примечателен тот факт, что в дальнейшей своей «эволюции» чаша стала символом очищения, пути самосовершенствования суфиев, которые утверждали, что в очищенном сердце, как в зеркале, отображается Мир со всеми его образами – творениями и даже Бог…

По этому поводу известно бытовавшее в суфийской среде выражение: «Не поместит Бога и семь Небес, а поместит Его лишь сердце очищенное».

Поэт сетует, что наступило бренное время торговли всего и вся, посвятив этой теме несколько произведений. В одном из них он возмущенно восклицает:

Куда ни глянь – базар, всего навалом.
Не сказка изобилия – а бред!
Серьезен вид у продавцов товаров,
А радости – как не было, так нет.


Рынок, базар  в средневековой восточной суфийской поэзии – аллегории тщетности бытия, мимолетности, быстротечности земной жизни.

В Западной культурной традиции базар – ярмарка тщеславия!..

Те же мысли и ассоциации вызывает произведение «Базар»:

Рассвета в тенетах ночных не видать,
А протолкнуться нельзя на базаре.
Купить задарма, подороже продать,
Все норовят в непонятном угаре.

В данном случае мы можем сказать, что тема базара навеяна автору суфийской философской поэзией. Один из главных принципов суфиев: «Быть в миру, а не от мира сего». Это означает быть в социуме (утрированно – на базаре, то есть в толпе) и отличаться от нее, не обезличиться, а остаться самим собой.
Не о том ли самом говорят нам строки поэта:

Дешевле. Дороже. Есть разный товар,
Пестрые цены на пестром  базаре,
Не сделками с совестью славен базар,
Когда на базаре торговля в разгаре…

Продай все что хочешь, а совесть храни,
Не разменяй, продавец, ненароком!..


О скоротечности человеческой жизни, мирских страстей и благ, о Бренном и Вечном написано произведение «Судьба»:

Мои годы – вечный труд,
А мечты вперед бегут…

Или:

Мои годы - не беда!
А важнее в жизни та,
Даль земная и восход на ней зари.
И как четок трется горсть –
Нить за нитью, кость на кость, -
А за ними годы долгие мои.


Четки символизируют уходящие годы, срок жизни, «предопределение» судьбы и взывают к ассоциативному ряду: Дольний Мир, Горный Мир, Скрижали судьбы, Ковчег Завета, Радуга Завета, Мосты Чинват и Сират, Судный День, День Воздаяния, Ад и Рай, праведники и грешники, ангелы и демоны.

Все эти образы и символы из круга религиозных понятий, поэтому можно говорить о воздействии религии на поэзию Салиха Гуртуева.

Темы судьбы, предопределения, фатальности, безысходности звучат в поэзии Салиха Гуртуева  в стихотворении «Что время есть…»:

Что время есть в отрезке нашем малом?
Оно похоже на туман и дым,
На дерево, согнутое бураном,
Где мы – трава, поникшая под ним.


и в другом стихотворении под названием «Время, время, ты мешок дырявый»:

- Время, время, ты мешок дырявый,
Сыплются несчастья из мешка,
Потчуешь ты горькою отравой,
Ну а жизнь людская коротка.


Несмотря на разные способы и средства выражения в обоих случаях звучит одна и та же мысль о временности Бытия, о тленности Мира.

Тематика Тленного и Вечного проходит по всему творчеству Салиха Гуртуева.

Пространство и Время сосуществуют в поэзии Гуртуева, органично сочетаясь в образах и символах, ассоциациях и метафорах.

Так птица из-за быстроты полета в ассоциативном сознании предстает временем.  И даже кони, оттого, что они скачут быстро, как дни, недели, месяцы и годы, «наделены» ассоциативно-мифологическим сознанием крыльями. Пример  тому: Бурак, Дурпал, Пегас, Колесница Зевса и т.д.

Как видим, стихи Гуртуева имеют глубокую связь, основанную на символах и образах ассоциативного мышления. Стихотворение «Сон кизилового дерева. 1944», казалось бы, стоит особняком в творчестве Гуртуева. Однако и оно неразрывно связано с предыдущими произведениями, так как взывает к ассоциативному ряду: Мировое Древо, Древо Мироздания, дерево Сефирот, Райское дерево.

Понятие Мировое Древо заключает в себе Пространство и Время, Земную и Небесную, Временную и Вечную жизни.
Посвящено оно драматическому событию: высылке балкарского народа.

Поэт находит такие слова и выражения, которые вызывают сочувствие и сострадание к страшной беде братского балкарского народа:

Ночью заснеженной дереву видится сон:
Каплями крови исходят, сочатся плоды.
Снег, окровавленный вьюгою, ввысь вознесен,
Словно предвестие неотвратимой беды.

Где это видано: красный клубящийся снег
Раной дымится на мертвой безлюдной земле,
Если рискнет на него наступить человек –
В то же мгновенье бесследно исчезнет во тьме.

Старое дерево чревом терзает вопрос:
Что, как оно всему сущему в мире виной?
Что, как годами росло оно людям не впрок
И не к добру покрывалось цветами весной?

Чья это кровь из плодов густо каплет на снег,
Уж не того ль, кто с любовью его посадил,
И для того ли его возрастил человек,
Чтобы несчастье принес ему старый кизил?

Соки живые свой бег замедляют в стволе.
Дереву снится: оно засыхает, гниет.
…Мартовской ночью не слышно ни звука в селе
Год до Победы.
Выслан балкарский народ.


Так проникновенно передать горечь трагедии, постигшей родной народ, мог только необыкновенно талантливый, истинно народный поэт Кавказа.

Хизри Ильясов,
доктор философских наук

Комментарии (0)
Подписка!
«Дагестанская жизнь»
Подписной индекс:
73889 - подписка на полугодие - 323 руб 46 коп
51322 - годовая подписка - 653 руб 86 коп
Фотогалерея
Доска объявлений
Интервью